Владимир Высоцкий
Владимир Высоцкий стал легендой советских музыки, театра и кинематографа. Песни Высоцкого стали классикой и неоспоримыми вечными хитами. Его творчество очень сложно классифицировать, так как он выходит за рамки и расширяет их. Обычно Высоцкого относят к бардовской музыке, но при этом его манера исполнения и тематика текстов совершенно отличались от принятых в бардовской среде.
86
...загрузка
...загрузка
-
ТОН
+
0
- Выбрать эффект -
Без эффекта
В версии ПК можно записать эту песню с голосом
Дорогая передача! Во субботу чуть не плача, вся Канатчикова Дача к телевизору рвалась.
Вместо, чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться, - вся безумная больница у экранов собралась.
Говорил, ломая руки, краснобай и баламут: про бессилие науки перед тайною Бермуд.
Все мозги разбил на части, все извилины заплел, и канатчиковы власти колят нам второй укол.
Уважаемый редактор! Может лучше про реактор, про любимый лунный трактор? Ведь нельзя же, год подряд -
То тарелками пугают, дескать, подлые, летают, - то у вас собаки лают, то руины говорят.
Мы кое в чем поднаторели - мы тарелки бьем весь год, мы на них уже собаку съели, если повар нам не врет.
А медикаментов груды - мы в унитаз, кто не дурак. Вот это жизнь! И вдруг Бермуды. Вот те раз, нельзя же так!
Мы не сделали скандала - нам вождя недоставало. Настоящих буйных мало - вот и нету вожаков.
Но на происки и бредни сети есть у нас и бредни, и не испортят нам обедни злые происки врагов!
Это их худые черти бермутят воду во пруду, это все придумал Черчилль в восемнадцатом году.
Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС, тут примчались санитары и зафиксировали нас.
Тех, кто был особо боек, прикрутили к спинкам коек, бился в пене параноик, как ведьмак на шабаше:
"Развяжите полотенцы, иноверы, изуверцы, нам бермуторно на сердце и бермутно на душе!"
Сорок душ посменно воют, раскалились добела. Вот как сильно беспокоят треугольные дела!
Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был, и тогда главврач Маргулис телевизор запретил.
Вон он, змей, в окне маячит, за спиною штепсель прячет. Подал знак кому-то, значит, фельдшер, вырви провода.
И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца, и там пропасть на дне колодца, как в Бермудах, навсегда.
Ну а завтра спросят дети, навещая нас с утра: спросят "Папы, что сказали эти кандидаты в доктора?"
Мы ответим нашим чадам правду, им не все равно: удивительное рядом, но оно запрещено!
А вон дантист-надомник Рудик, у него приемник "Грюндиг", он его ночами крутит, ловит, контра, ФРГ.
Он там был купцом по шмуткам и подвинулся рассудком, и к нам попал в волненьи жутком,
С растревоженным желудком и с номерочком на ноге.
Он прибежал, взволнован крайне, и сообщеньем нас потряс, будто наш научный лайнер в треугольнике погряз.
Сгинул, топливо истратив, весь распался на куски, и двух безумных наших братьев подобрали рыбаки.
Те, кто выжил в катаклизме, пребывают в пессимизме. Их вчера в стеклянной призме к нам в больницу привезли.
И один из них, механик, рассказал, сбежав от нянек, что Бермудский многогранник - незакрытый пуп Земли.
"Что там было, как ты спасся?"- Каждый лез и приставал, но механик только трясся и чинарики стрелял.
Он то плакал, то смеялся, то щетинился, как еж. Он над нами издевался. Ну сумасшедший, что возьмешь!
Взвился бывший алкоголик, матерщинник и крамольник, говорит: "Надо выпить треугольник. На троих его, даешь!"
Разошелся, так и сыплет: "Треугольник будет выпит. Будь он параллелепипед, будь он круг, едрена вошь!"
Пусть безумная идея, не решайте сгоряча! отвечайте нам скорее через доку-главврача.
С уваженьем. Дата, подпись... Отвечайте нам, а то, если вы не отзоветесь мы напишем в "Спортлото".
Вместо, чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться, - вся безумная больница у экранов собралась.
Говорил, ломая руки, краснобай и баламут: про бессилие науки перед тайною Бермуд.
Все мозги разбил на части, все извилины заплел, и канатчиковы власти колят нам второй укол.
Уважаемый редактор! Может лучше про реактор, про любимый лунный трактор? Ведь нельзя же, год подряд -
То тарелками пугают, дескать, подлые, летают, - то у вас собаки лают, то руины говорят.
Мы кое в чем поднаторели - мы тарелки бьем весь год, мы на них уже собаку съели, если повар нам не врет.
А медикаментов груды - мы в унитаз, кто не дурак. Вот это жизнь! И вдруг Бермуды. Вот те раз, нельзя же так!
Мы не сделали скандала - нам вождя недоставало. Настоящих буйных мало - вот и нету вожаков.
Но на происки и бредни сети есть у нас и бредни, и не испортят нам обедни злые происки врагов!
Это их худые черти бермутят воду во пруду, это все придумал Черчилль в восемнадцатом году.
Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС, тут примчались санитары и зафиксировали нас.
Тех, кто был особо боек, прикрутили к спинкам коек, бился в пене параноик, как ведьмак на шабаше:
"Развяжите полотенцы, иноверы, изуверцы, нам бермуторно на сердце и бермутно на душе!"
Сорок душ посменно воют, раскалились добела. Вот как сильно беспокоят треугольные дела!
Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был, и тогда главврач Маргулис телевизор запретил.
Вон он, змей, в окне маячит, за спиною штепсель прячет. Подал знак кому-то, значит, фельдшер, вырви провода.
И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца, и там пропасть на дне колодца, как в Бермудах, навсегда.
Ну а завтра спросят дети, навещая нас с утра: спросят "Папы, что сказали эти кандидаты в доктора?"
Мы ответим нашим чадам правду, им не все равно: удивительное рядом, но оно запрещено!
А вон дантист-надомник Рудик, у него приемник "Грюндиг", он его ночами крутит, ловит, контра, ФРГ.
Он там был купцом по шмуткам и подвинулся рассудком, и к нам попал в волненьи жутком,
С растревоженным желудком и с номерочком на ноге.
Он прибежал, взволнован крайне, и сообщеньем нас потряс, будто наш научный лайнер в треугольнике погряз.
Сгинул, топливо истратив, весь распался на куски, и двух безумных наших братьев подобрали рыбаки.
Те, кто выжил в катаклизме, пребывают в пессимизме. Их вчера в стеклянной призме к нам в больницу привезли.
И один из них, механик, рассказал, сбежав от нянек, что Бермудский многогранник - незакрытый пуп Земли.
"Что там было, как ты спасся?"- Каждый лез и приставал, но механик только трясся и чинарики стрелял.
Он то плакал, то смеялся, то щетинился, как еж. Он над нами издевался. Ну сумасшедший, что возьмешь!
Взвился бывший алкоголик, матерщинник и крамольник, говорит: "Надо выпить треугольник. На троих его, даешь!"
Разошелся, так и сыплет: "Треугольник будет выпит. Будь он параллелепипед, будь он круг, едрена вошь!"
Пусть безумная идея, не решайте сгоряча! отвечайте нам скорее через доку-главврача.
С уваженьем. Дата, подпись... Отвечайте нам, а то, если вы не отзоветесь мы напишем в "Спортлото".
Отправить
367 популярных композиций
+
